Проблемы местного самоуправления
На главную страницу | Публикуемые статьи | Информация о журнале | Информация об институте | Контактная информация
журналы по темам №60 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10


РУССКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА 1904-1905 ГГ.
Моральный элемент в борьбе с азиатом

Н.Л.
Статья 1904 г.
Текст адаптирован на современную орфографию и стилистически не изменен.


Смотрите также (для перехода нажмите на название статьи):

Телеграммы с Дальнего Востока (с фронтов русско-японской войны) - 1904-1905 гг.

Война с Японией - до войны

Военные действия на море

Мобилизация и перевозка войск на Дальний Восток

Военные действия на суше

Военные силы Японии

Устройство японской армии на базе в Корее

Война с Японией. Мукден

Китаец (рассказ)

Положение Китая в войне между Россией и Японией


Примечание: по ссылкам открываются фотографии, таблицы, карты и прочий дополнительный материал
русско-японская война люди войны порт артур эскадра порт артура владивостокская эскадра
японский флот война на море война на суше китай
корея япония вторая тихоокеанская эскадра


«Успех на войне зависит на три четверти от моральных и на четверть - от материальных условий»... Если это изречение великого знатока военного дела (Наполеона) верно вообще, то оно сугубо верно в борьбе с азиатом, горячая кровь которого и пламенное воображение наиболее поддаются моральным воздействиям.

В народном понятии под именем «азиата» свалены, так сказать, в одну кучу все народности Востока, с которыми нам приходилось иметь дело: и свободный горец Кавказа, и стойкий турок, и туркмен, хивинец и киргиз, и, наконец, в последнее время китаец и японец. Однако, само собою разумеется, что все эти народности, заключая в своей моральной природе много общего, в то же время, значительно между собой различаются; большая часть из них известны нам по прежним войнам, но теперешний наш враг, японец, представляет собою величину неопределенную, почти неизвестную, знакомую нам лишь понаслышке.

Поэтому весьма интересно составить себе хоть какое-нибудь представление о японском народе и солдате, об его моральных свойствах и о возможном к нему отношении русской военной силы.

Япония, можно сказать, родилась всего только сорок лет тому назад, откинув, по крайней мере, по наружности, все своё прошлое и приняв, почти без борьбы, всё новое, ей несвойственное, незнакомое и даже по своему духу ей противное. Это не были реформы Петра Великого, введённые в неустанной борьбе человеком с железным характером и непреклонною волею; это был как бы случайный, обусловленный наклонностью к подражанию поворот правителей японской нации от величайшего деспотизма и азиатского застоя в сторону прогресса и цивилизации. Но это только по наружности; тому же, кто хочет составить себе верное понятие о современном японце, недостаточно наблюдать его в новой одежде, к которой он сам еще не привык, но необходимо посчитаться со всей 25-ти вековой его историей, выработавшей народный тип.

«Нравственные и умственные особенности народа», - говорит один из современных исследователей психологии масс, - «представляют равнодействующую всего его прошлого, наследие всех его предков. Эта совокупность и составляет то, что называется национальным характером. Нужды нет говорить о том, что сказанные особенности, по-видимому, разнообразны у индивидуумов известной расы, как и физиономии; но все индивидуумы этой расы представляют, тем не менее, общие особенности, столь же устойчивые и наследственно передаваемые, как особенности анатомические, по которым натуралисты делят животное царство на роды и виды. Все обитатели данной страны, естественно, имеют общих предков, и все случайные отклонения неизбежно возвращаются к среднему типу той длинной и тяжелой цепи, в которой эти обитатели представляют не более как только последнее звено. И потому каждая раса представляет существо, изъятое из влияния времени; она состоит не только из живых людей, ее составляющих в известный (очень кратковременный) период времени, но и из длинной вереницы предков, уходящей во мрак веков. Бесконечно более многочисленные, чем живые, покойники, и бесконечно более могучие, они управляют безбрежной областью бессознательного (инстинктов, безотчетных побуждений), той неуловимой областью, во власти коей все проявления ума и характера». Эти вполне верные заключения необходимо должны быть приняты во внимание при суждении о японском народе.

Составленный из весьма разнообразных этнографических элементов, японский народ представляет тем большую трудность для суждения о нем и для оценки его нравственных качеств, что он имеет сознание об испытании, которому его подвергают иностранцы, и что он, вследствие того, позирует, рисуется перед ними. Подобно тому, как он хочет придать себе европейский вид, облачаясь в иноземный костюм, так точно он старается усвоить себе идеи и манеры, приличествующие цивилизованному народу, и, благодаря самообладанию, которое у него развито в высокой степени, он умеет казаться не таким, каков он есть на самом деле.

Во всяком случае, японский народ, в течение всей своей 25-ти вековой истории, всегда был разделен на два класса: высший - даймиосы и самураи, низший - бесправный, взросший на деспотизме. Потомки самураев выработали в себе, в течение веков, немало ценных нравственных качеств, имеющих боевое значение: высокое понятие о чести, сознание долга, презрение к смерти. Простой народ - физически слабый; без личной инициативы, хотя и с большой способностью к подражанию, но вместе с тем, самолюбивый, мстительный, никогда не испытавший чужеземного ига, народ, сохранивший, несмотря на деспотизм, в своих жилах горячую монголо-малайскую кровь и считающий своим идеалом не царя зверей - льва, как народы Европы, но тигра - символ коварства и кровожадности.

Прошло сорок лет, как народ стал жить новой жизнью; в 1872 г. объявлен был декрет о всеобщей воинской повинности и в армию пошел, в количестве 90%, простой народ, едва получивший гражданские права. В течение столь короткого времени немыслимо, чтобы новые порядки прочно вошли в сознание народа, немыслимо также, чтобы армия, хотя и получившая прекрасное вооружение и европейский костюм, сжилась в этот короткий срок с европейской тактикой, чтобы боевые принципы и порядки цивилизованного войска вошли в плоть и кровь едва народившегося армейского организма. Понятно, что все эти реформы легли на армию лишь сверху, и при первой боевой встряске все наносное и привитое должно слететь с армии, и тогда выступят коренные свойства народа, с которыми, главным образом, и придется считаться: пыл первого натиска, склонность к внезапным нападениям, засадам, обходам и вместе с тем, недостаток выдержки и большая впечатлительность.

Что же может и должен выставить против этих особенностей наш солдат? Да все те же народные свойства - достояние веков - не раз сослужившие добрую службу русскому делу: выносливость, терпение, хладнокровное мужество, упорство в достижении цели и веру в добрый конец начатого дела. «Претерпевший же до конца, той спасен будет» - евангельские слова, живущие в душе русского народа.

К этим народным свойствам надо еще прибавить двухсотлетние традиции русского войска: дисциплину и вместе с ней духовную связь между солдатом и офицером, наклонность к рукопашной схватке, составляющей венец всякого боя, и выручку своих. Эти добрые свойства желательно было бы усилить верной (не пониженной) оценкой врага и потому осторожным и обдуманным к нему отношением, a также исключением из обихода трех наших врагов: «авось», «небось» и «как-нибудь», характеризующих нашу славянскую небрежность.





Пользовательского поиска




в начало

использование информации с данной страницы без письменного согласия редакции журнала запрещается!!!
уважая мнение авторов, редакция не всегда его разделяет!

Проблемы МСУ

Главная | Публикации | О журнале | Об институте | Контакты

Ramblers Top100 Рейтинг@Mail.ru